Международная магистерская программа «Психология развития» (Россия - Швейцария)
Сайт "Детская психология для родителей"
Центр игры и игрушки МГППУ

Может ли другой стать другом? Тренинг по профилактике ксенофобии

М.: Генезис , 2006, 256 с.
Аннотации не найдено
Главы/Параграфы

ПСИХОЛОГИЯ КСЕНОФОБИИ

Феномен ксенофобии

Одновременно с процессами глобализации, унифицирующими многие стороны жизни, все большую ценность для человечества приобретают культурные и индивидуальные особенности. Мы стремимся сохранить уникальность и преисполнены решимости защищать тот знакомый, комфортный и безопасный мир, который называем «своим». В наши дни человек так же, как он это делал всегда, продолжает упорно проводить видимые и невидимые границы, отделяя себя от чужих миров и людей и таким образом справляясь с порождаемыми ими страхами.

В концентрированной форме эти страхи выражает слово «чужой» испокон веков пугающее человечество. Смысл, вкладываемый в это слово, не всегда однозначен. Если вместе с настороженностью «чужой» вызывает также интерес и любопытство, порождая амбивалентные чувства, то в этом случае «чужой» — это скорее «другой». Он нас одновременно и притягивает, и отталкивает. Сама по себе такая эмоциональная двойственность не несет негативного значения, и у «чужого-другого» всегда есть шансы стать «своим».

Но все же гораздо чаще в отношении к «чужому» начинает доминировать страх. Ведь исторически так сложилось, что люди всегда опасались непонятного, непознанного и незнакомого. Эрих Фромм в своей известной книге «Анатомия человеческой деструктивности» писал, что все чужое, представляя некоторый интерес, в то же время вызывает страх, подозрительность и отрицание, ибо требует неординарных решений (Фромм, 1999). В этом случае «чужой» приобретает негативную валентность, так как помещенный в нашу собственную систему координат, не поддается испытанным способам восприятия, интерпретации и поведения (Шютц, 2003). «Чужой» наполняется особой конкретностью, отличаясь привычками, ценностями, взглядами, и таким образом становится не «другим», а «чуждым», а это значит — «далеким, не имеющим ничего общего с кем-нибудь или чем-нибудь, инородным» (Ожегов, Шведова, 1997). Поэтому «чужих-чуждых» обычно сторонятся, отвергают, их считают виновниками проблем и бедствий, нередко принимают за врагов и ненавидят. И если такой стороной оборачивается рациональное чувство страха человека перед неведомым, то это ничто иное, как ксенофобия — страх чужаков, неприязнь и враждебность по отношению к «чуждым», непохожим на нас отдельным людям и целым группам.

В словаре Вэбстера ксенофобия — это «страх или ненависть к незнакомцам, или иностранцам, или к тому, что странно или чуждо». Литературное значение слова предполагает, что ксенофобы — это люди, которые не любят всех чужестранцев, их «инаковость». Такие определения показывают, что главным объектом ксенофобии всегда были незнакомцы или чужестранцы (xenos — посторонние, иностранцы). Причины здесь просты: исторически так складывалось, что появление чужаков, как правило, не предвещало ничего хорошего. В худшем случае они претендовали на поля и пастбища, на имущество, на жен. В лучшем случае — внедрялись в общество, принося с собой перемены. Хорошие или плохие, глобальные или незначительные — это другой вопрос, но чужаки представляли реальную угрозу сложившемуся образу жизни.

В современном обществе ксенофобия распространяется на очень широкий круг объектов, в соответствии с которыми выделяют следующие ее виды:

  • расовые и этнические фобии (этнофобии), определяющие предубеждение и дискриминацию по отношению к лицам другой расы или этнической группы (например, белый и черный расизм, антисемитизм, синофобия и др.);
  • религиозные фобии, определяющие страх и предубеждение по отношению к приверженцам различных религиозных ориентаций (например, исламофобия, фобии по отношению к представителям различных религиозных культов);
  • фобии по отношению к группам, отличающимся по социальным, культурным, материальным и физическим признакам.

В последнюю группу входит широкий круг социальных фобий, многие из которых давно находятся в сфере внимания ученых и поэтому получили специальные и уже хорошо известные названия. Это, например, мигрантофобия — предубеждение и дискриминация против беженцев, вынужденных переселенцев, лиц, ищущих убежище; гандикапизм — фобия и предубеждение против индивидуумов с физическими ограничениями (физические недостатки, увечья и др.); эйджизм — предубеждения и дискриминация, вызванные возрастом человека; сексизм — предубежденность и дискриминация на основе половой принадлежности и многие другие. Особенно число таких предубеждений расширяется в кризисных социальных ситуациях, когда ксенофобия приобретает массовый характер.

Стремление человечества разделять мир на «своих» и «чужих» неистребимо. Такая особенность человека может быть использована в разных целях, в том числе и в таких, которые эквивалентны территории, власти, капиталу и материальным ценностям. Как правило, эти цели остаются за кадром. А вот поводы, которые изобретаются для их реализации и даются на откуп массовому сознанию, часто не отличаются особой аргументированностью. Нелепые и абсурдные, они, тем не менее, могут поднять на мятеж толпы людей, спровоцировать кровопролитные войны. В изобилии такие примеры представлены в литературе. С детских лет мы все помним истории фантастического противостояния «тупоконечников» и «остроконечников» Джонатона Свифта («Приключения Гулливера»), или «долговязов» (худых и трудоголиков) и «толстопузов» (упитанных и релаксирующих) Андре Моруа («Долговязы и толстопузы»).

Это художественная литература, но множество похожих примеров можно найти и в реальной истории. Не все ли равно, на каком языке молиться единому Богу? Но это один из поводов, повлиявших на уровне массового сознания на возникновение кровавого противостояния католиков и протестантов в ХVI-XVII вв. Так ли уж важно, двумя или тремя перстами совершать крестное знамение? Но это тоже один из поводов, определивших конфронтацию старообрядцев и новообрядцев на Руси в XVIII веке после реформы церкви. Если перейти к более частным примерам, то не трудно отыскать и гастрономические ксенофобии, как у Свифта. Например, для объяснения негативного отношения к русским эмигрантам в 20-е годы прошлого века французам было достаточно того, что русские отрезали у сыра корочку. Как мы видим, для ксенофобии не нужны основания, достаточно поводов.

Почему так происходит? Психологи пытаются дать свой ответ на этот вопрос и находят его в самом человеке. Социальный порядок, определяющий взаимоотношения людей в нашем мире, вне зависимости от разнообразных культурных обычаев и традиций, испокон веков задавался универсальной психологической альтернативой «Мы-Они». Залогом трудного выживания становилось создание замкнутых «Мы-групп» и настороженное или враждебное отношение ко всем чужим «Они-группам». Стремление человека делить мир на «Мы» и Они» — одна из базовых особенностей человеческой природы и центральный психологический механизм ксенофобии.

В современной психологии альтернатива «Мы-Они» рассматривается на основе концепта социальной идентичности. Идентичность — это базовый психологический конструкт, концентрированно выражающий сущность человека. Социокультурное веретено сплетает идентичность из представлений, эмоций, мотивов, знаний, ценностей, стереотипов, поведенческих схем, норм и стандартов, а также бессознательных образований. Это концентрированный сгусток опыта и ныне живущих поколений, и всего человечества, преломленный сквозь призму собственного существования в группе. В процессе формирования идентичности индивид осознает свою групповую принадлежность и свое положение в обществе, непрерывность своего существования в системе поколений и в контексте истории, принимает определенный образ жизни и подчиняется ему, научаясь соотносить свою индивидуальность с групповой системой ценностей и норм. Индивид ищет свое «Я» и почти всегда находит его в какой-нибудь группе. Поэтому идентичность это, с одной стороны, объединение, тождественность, общность, а с другой — отделение, противопоставление, конфронтация: Я и Другой, Мы и Они.

На протяжении всего жизненного пути индивид находится в процессе осознания и переживания своего личностного «Я» и группового «Мы». В нормальной жизненной ситуации у большинства людей доминирует личностный уровень. В переходных или кризисных жизненных ситуациях, а также в условиях повышенной напряженности в обществе человеку становится все труднее полагаться только на себя. И он в поисках опоры и защиты стремится к расширению своих социальных и психологических границ. Он выходит за пределы своего «Я», сознательно декларируя свою неразрывную связь с какой-либо общностью или группой. Карл Юнг называл этот процесс психической инфляцией (от лат. «inflation» — «раздувание», «расширение») (Yung, 1977). Через расширение индивидуальных границ личность ищет защиту, устойчивость и возможности развития в группе, в групповой идентичности. Например, в условиях кризисной ситуации 1990-х гг. такой групповой идентичностью для большинства россиян стала этническая принадлежность, что привело к резкому повышению межэтнической напряженности в нашем обществе.

Одним из значительных психологических эффектов действия механизма «Мы-Они» является феномен «ингруппового фаворитизма», экспериментально выявленный английским социальным психологом Гарри Тэджфелом. Его суть заключается в том, что даже символическая отнесенность человеком себя к той или иной группе, как правило, предполагает ее предпочтение и более позитивную оценку по сравнению с другими группами (Tajfel, 1982). Таким образом идентичность выполняет свои функции отождествления и отделения, основанные на естественном предпочтении собственных культурных ценностей. Феномен «ингруппового фаворитизма» выражает стремление человека к позитивной идентичности. Ведь чем выше статус и престиж своей группы, тем выше наша собственная самооценка и наше положение в обществе. Позитивная групповая идентичность членов группы — важное психологическое условие не только самого существования группы, но и поддержания ее стабильности и самостоятельности. Поэтому человек всегда стремится сохранить свою позитивную идентичность и свою группу, в которой он нуждается и к которой хочет принадлежать. Защищая свою идентичность, он защищает свою группу, защищая свою группу, он защищает свою идентичность.

Понятие позитивной идентичности включает в себя не только отношение к собственной группе, но и отношение к другим группам. Примем позитивную идентичность за психологическую «норму» многообразия, которая, помимо условия самостоятельного и устойчивого существования собственной группы, выступает также как условие мирного социокультурного взаимодействия в многополярном мире. В этом случае в структуре такой идентичности должны соотноситься позитивный и относительно предпочитаемый образ своей группы с позитивным ценностным отношением к другим группам. Человек, обладающий такой идентичностью, не воспринимает мир как угрожающий, он толерантен по отношению к другим группам, и для него не характерны ксенофобические установки.

Выход за пределы индивидуальных границ и гипертрофированное стремление человека отождествить себя исключительно с одной группой приводит к формированию групповой гиперидентичности, для структуры которой характерен выраженный дисбаланс в пользу позитивного образа своей группы. Это предполагает следование человека по пути от естественного предпочтения по ряду параметров собственной группы к абсолютной убежденности в ее превосходстве над «чужими» группами. Индивид, обладающий гиперидентичностью, воспринимает мир как угрожающий и готов к обороне. Главную угрозу своей идентичности он видит в чужаках — тех, кто обладает другой идентичностью. Ведь именно поэтому чужак может поставить под сомнение чуть ли не все, что безоговорочно принимается всеми членами другой группы (Шютц, 2003). В случае формирования сознания по типу гиперидентичности человек уже точно знает, от кого ему надо защищать себя и свою группу. Этот путь ведет к развитию ксенофобии как социально опасного психологического феномена.

Основой гиперидентичности является этноцентризм именно в том понимании, которое идет еще от П. Гумпловича и У.Самнера и выступает одним из ключевых понятий в известной книге Т.Адорно и его коллег «Авторитарная личность» (Adorno, Frenkel-Brunswik, Levinson, Sanford, 1950). Оно предполагает жесткое разделение на «своих» и «чужих», порождает негативные образы «чужих» и враждебные установки по отношению к ним, а также иерархическую авторитарную точку зрения на групповое взаимодействие, в котором всегда предпочтительнее, когда «своя» группа доминирует, а «чужие» группы являются подчиненными.

В современных исследованиях этноцентризм уже давно не рассматривается как однозначно негативное явление. Также показано, что рост ингруппового фаворитизма вовсе не всегда порождает враждебность по отношению к внешним группам (Rabbier, 1992), а ксенофобия и этноцентризм не имеют жесткой однозначной связи (Солдатова, 1998; Van den Berghe, 1999; Cashdan, 2001). Но ожидание угроз и опасностей со стороны других групп усиливает этноцентризм и делает альтернативу «Мы-Они» все более определенной. Р.Левайн и Д.Кэмпбелл, рассматривая этноцентризм как производное от реакции на конфликт и угрозу со стороны других групп, выделили его основные симптомы: увеличивающуюся плотность групповых границ, уменьшение числа «отступников» в группе, усиление их «наказания» или даже отвержение их как «дезертиров» (Levine, Campbell, 1972). Групповые границы превращаются в трудно преодолимые барьеры, а для членов группы все более характерными становятся ксенофобические установки.

Оглавление

Психология ксенофобии

Феномен ксенофобии

Системы чужеродности

Ксенофобия как социально опасный феномен

Ксенофобическое мышление: логика угрозы и законы страха

Тренинг по профилактике ксенофобии как инструмент развития социокультурной компетентности личности

Общие рекомендации по ведению тренинга

Апробация тренинга

Содержание программы

Сценарий занятий

Занятие 1. Знакомство. Я и мы

Занятие 2. Мы и другие

Занятие 3. Ксенофобия

Занятие 4. Может ли «другой» стать другом?

Занятие 5. От ксенофобии к ксенологии

Занятие 6. Две стороны человека

Занятие 7. Человек и его тень

Занятие 8. Кто виноват?

Занятие 9. Разные, но равные

Занятие 10. Стереотипы

Занятие 11. Дискриминация

Занятие 12. Компромисс и сотрудничество

Занятие 13. Эмпатия

Завершение тренинга

Материалы для ведущего

Всеобщая декларация прав человека

Декларация о ликвидации всех форм расовой дискриминации

Социально-психологические закономерности группового поведения

Методы разделения участников на группы

Приложения к занятиям

Приложение 1.1. Базовые правила групповой работы

Приложение 1.2. Визитная карточка

Приложение 2.1. «Египетская пирамида»

Приложение 3.1. Карточки с «именами»

Приложение 3.2. Карточки с описаниями Homo xenophobicus и Homo xenofiliens

Приложение 4.1. Схема задания к упражнению «Шесть монет»

Приложение 4.2. Карточки с названиями расовых, этнических, религиозных и других социальных групп

Приложение 5.1. Возможные варианты ответов к упражнению «Сделай меньше»

Приложение 5.2. Содержание отчета экспедиции

Приложение 7.1. Ситуации для упражнения «Тени исчезают в полдень»

Приложение 7.2. Список негативных качеств и их возможных позитивных эквивалентов

Приложение 8.1. Ответ к упражнению «Четыре треугольника»

Приложение 8.2. Примеры китайских иероглифов с разъяснениями

Приложение 9.1. Схема заготовки для игры «Танграм»

Приложение 9.2. Индивидуальные задания для участников

Приложение 9.3. Карточки для участников

Приложение 9.4. Рассказ «Гарри Бержерон»

Приложение 11.1. Декларация о ликвидации всех форм расовой дискриминации

Приложение 12.1. Схема «Стратегии разрешения конфликтов»

Приложение 12.2. Карта Подземья

Приложение 12.3. Задания для самостоятельной работы делегаций

Приложение 12.4. История Толстопузского королевства

Приложение 12.5. История Долговязской республики

Приложение 12.6. Кто такие толстопузы

Приложение 12.7. Кто такие долговязы

Приложение 12.8. Что думают толстопузы о долговязах

Приложение 12.9. Что думают долговязы о толстопузах

Приложение 12.10. Карточки «Стратегии поведения в конфликтах»

Приложение 13.1. Задания для упражнения «Маслина»

Приложение 13.2. Классические японоские хокку

Смотрите также:
Вернуться к списку

Логин:
Пароль:
Регистрация
Забыли свой пароль?

Университетский ДЕТСКИЙ ЦЕНТР

ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ СЛУЖБА МОСКВЫ
Психологи Психологические службы образовательных учреждений Психологические центры

© 2009-2017 Практический психолог — practic.childspy.ru
Любое использование, перепечатывание, копирование материалов портала производится с разрешения редакции
Разрaботка сайта childpsy.ru

Яндекс.Метрика